Вначале ее ничего не удивило. Белая кожа, глубоко посаженные голубые глаза лазуритового оттенка.

Она потрогала губы, обратив внимание на их полноту и округлость. Нос прямой и тонкий, он придает чертам совершенную симметрию, которой она не помнила. Ее волосы, медово-каштанового цвета, густые и блестящие, вьются по плечам. Она смотрела, потрясенная. Это лицо вполне подошло бы для фотографии на обложку журнала «Космополитен». Большие голубые глаза, тонкий нос, полные и эротичные губы, точеные скулы. На мгновение показалось, что это не она, что эта красивая женщина не может быть Джулией.

Но имелось и еще кое-что... В восемнадцать лет, когда она ослепла, Джулия еще не сформировалась, холст еще ожидал последних прикосновений кисти художника. Теперь, в двадцать восемь, она, как на полотне да Винчи, была полна потаенного знания. Это сквозило в высоких скулах и чистой линии лба, в чуть полуоткрытых губах и обманчиво широко открытых глазах.

Собственное лицо удивило. Она увидела в нем больше боли, чем, как она помнила, ей когда-либо пришлось испытать. Как она стала обладательницей болезненных тайн, о которых ей не известно? Озноб прошел по коже. Воспоминания, казалось, мерцали на периферии ее зрения, они словно обладали странным и сильным запахом. И этот запах был знаком ей. Она вздрогнула и вновь стала изучать себя. Неожиданно она испугалась. Но чего?

0.01. СУББОТА

Когда прием окончился, мать вывела Джулию в чистую и холодную лондонскую ночь к похожему на таракана такси, которое должно было отвезти их в гостиницу в Белгравии

Сейчас, купаясь в великолепии этого замечательного вечера, она дала себе клятву всегда помнить о хрупкости жизни, наслаждаться, пока это ей даровано, закатами и восходами, улыбающимися лицами и всем остальным, чего ей так долго недоставало. Сердце переполняла благодарность.

Но как только они подошли к такси, на Джулию обрушилось чувство вины. Уже четыре часа, как к ней вернулось зрение. Она больше не могла убеждать себя, что это была счастливая случайность или злая шутка судьбы. Она должна рассказать матери.