Он отправил мать и дочь к двум своим коллегам — в Вену и Лос-Анджелес. Оба обследовали ее, и, несмотря на то что каждый пытался найти ошибку, подтвердили диагноз Дюпюи. После этого Джулия стала часто посещать д-ра Дюпюи, ее встречи с ним приурочивались к концертам. Но после многих лет разговоров, лекарств и отсутствия прогресса она решила, что лучше дать времени шанс исцелить ее. Доктор говорил, что, поскольку какие-либо физические изменения отсутствуют, возможно спонтанное возвращение зрения.

Теперь, после всего случившегося, Джулия не могла давать матери ложную надежду. Поэтому она пока держала свою радость в тайне, храня, как сокровище, все, что видела.

Улыбаясь и не снимая темных очков, она приветствовала поклонников, столпившихся в ее гардеробной. Она была окружена восторженными разговорами, ароматом тонких духов и дорогих сигар. Пока она разговаривала с каждым, хранимое в тайне зрение с упоением впитывало цвета, формы, контуры.

Лица. Движения.

Небрежный поцелуй в подставленную щеку.

Улыбка, излучающая понимание.

Джулия не видела ничего более десяти лет. И красота всего того, на что она бросала взгляд, была настоящим чудом.

И тут ее пронзила боль. Она вспомнила, как быстро и как легко зрение исчезло в Варшаве.

Один миг, и она вновь может ослепнуть.

Джулия позволила матери увести ее от восторженной толчеи Альберт-холла на обычный прием, который устраивается после концерта. Многие исполнители недолюбливали эти приемы, но они являлись важной частью международной музыкальной жизни, местом, где любители музыки имели возможность встретиться с артистом, а продюсеры — поискать спонсоров для организации будущих концертов. Джулия приучила себя к этим приемам, но ее вновь обретенное чудом зрение придавало особенный характер сегодняшней вечеринке.

Парад представителей высшего общества, промышленников и профессионалов, пришедших поздравить ее...

Женщина, источавшая запах духов «Уайт-Даймондс»: